Home » Текущие тенденции в криминализации. Гранит Науки

Текущие тенденции в криминализации. Гранит Науки

«Международное научное общество экспертов криминологов» и Европейская академия наук Украины традиционно проводит круглые столы по новым тенденциям в криминализации общества. Предыдущий состоялся в сентябре. «Гранит науки» в качестве медиапартнера мероприятия предоставляет своим читателям возможность ознакомиться с докладами ведущих мировых экспертов. 

В первый день круглого стола на обсуждение были вынесены вопросы:

1) Какие тенденции в криминализации на национальном и транснациональном уровнях существуют сегодня?
2) Прогнозы на 2021 год; какие методы необходимы для противодействия криминалу?

Dr. Эмилио Виано – вице-президент Европейской академии наук Украины, Старший консультант по киберпреступности, вице-президент по юридическим вопросам Всемирного банка, президент Международного общества криминологии, президент Форума Белладжио по всемирной безопасности и социальному развитию, консультант и советник Банка развития в Вашингтоне, округ Колумбия (США), а также в Центральной и Южной Америке.

— По мере наступления пандемии люди должны приспосабливаться к новым ограничениям своей общественной жизни, профессиональной деятельности и повседневных свобод. Правительства же и международные организации пытаются прокладывать себе путь между вызовами укрепления мер по сохранению общественного здоровья и минимизацией экономического ущерба, а кроме того, повышать согласие общества на эти меры. Действия криминала также стеснены социальным дистанцированием и ограничениями в путешествиях, все это заняло у них время перестроиться – однако адаптация произошла достаточно быстро. Причина этому – изначальная невероятная гибкость и «поворотливость» преступных организаций. Они приспособились извлекать пользу из того, что ввергает в уныние целые общества, находя новые пути в обход закрытым границам.

Например, благодаря карантинным запретам на улице стало меньше людей, поэтому уличная преступность снизилась. Как будешь продавать наркотики на улице, когда на ней никого, кроме тебя, нет и тебя легко идентифицировать полиции? На помощь пришли Даркнет и курьерская доставка на дом.

Также, люди в изоляции теряют социальные ориентиры, становятся более беспомощными. От этого в значительной степени возросло количество случаев телефонного мошенничества, в котором используется человеческий страх перед пандемией и доверие институциям.

Коронавирус используется криминалом как окно, чтобы масштабировать свои активности. Они очень приспосабливаются к ситуациям, как я уже сказал, берут от ситуации все преимущества. Например, в сфере нелегальной торговли дикими животными огромную популярность приобрел рог носорога, который в Лаосе и Китае продают как лечение от коронавируса.

Не говоря уже об использовании спроса на вакцины, кислород, маски и санитайзеры. Все это, по большей части поддельное, продают на черном рынке. А иногда члены криминальных организаций проникают в государственные фонды по обеспечению больниц – или в сами больницы — и вмешиваются в государственные схемы по закупке препаратов и прочего, для своей выгоды – и в итоге это, конечно, ослабляет ответ стран на пандемию и стоит человеческих жизней. В Индии, как вы знаете, происходит коллапс медицинской системы: там в больницах уже нету кислорода и коек для людей. В Мексике 6 из 10 медсредств являются подделкой, что в конечном итоге увеличивает резистентность к фармацевтическим препаратам в популяции.

Где справедливость, можно сказать, восторжествовала, так это в Италии. Представьте себе, коллеги: один из руководящих членов Ндрангеты был арестован полицией за нарушение правил локдауна – а его до этого искали 10 лет!

Dr. Олег Мальцев – ученый, писатель, криминолог, психолог, журналист, стратегический консультант, академик Европейской академии наук Украины, председатель Одесского фотографического научного сообщества. Основатель и руководитель Экспедиционного корпуса и Института Криминалистики. Более 20-ти лет занимается научными исследованиями истории и структуры русской, южно-итальянской, испанской, африканской и мексиканской криминальных традиций, а также их методов и техники применения холодного оружия. Dr. Мальцев является автором множества книг в таких областях, как прикладная история, социология, глубинная психология, философия, криминалистика, криминология. Главный редактор нескольких междисциплинарных рецензируемых журналов.

— На русскоязычном пространстве говорят, что новое – это хорошо забытое старое. Я недавно читал итальянскую книгу, переведенную для меня, которая написана в 1860 году (до объединения Италии). И с моей точки зрения, это шикарная криминологическая работа, для многих людей оставшаяся за кадром, потому что написана на итальянском языке. В книге я прочитал мысли, очень созвучные тем, которые высказываю в течение нескольких лет.

Глядя на криминологический фон Европы, России, Украины и других стран, я все больше прихожу к выводу, что мы становимся заложниками конфликта между демократически избранными институтами и профессионализмом людей в этих институтах. То есть, в мире считается, что лучшая форма правления, которая существует, это демократия. Но демократия — это не есть профессионализм. То есть, в более демократически избранных институтах действительность такова, что подавляющее большинство людей, задействованных в борьбе с преступностью, являются профессионалами очень невысокого уровня.

Эта давняя истории. Все американские голливудские фильмы построены по одному принципу: когда НАСА ничего не может сделать, появляется один чудак, который спасает весь мир – например, как в фильме «Армагеддон». Этот конфликт давно существует и высмеян во всех фильмах множество раз. Я не беру в расчет Россию, потому как это особое государство, с особым режимом. Если посмотреть на демократические страны, как они себя ведут в сегодняшних условиях, то только две страны более-менее справились с карантином – Британия и Израиль. Там нет карантина. А вот Европа сидит и думает — а точнее делает вид, что думает, — как же ей победить карантин. Почему, если в одних государствах с карантином разобрались и все в порядке, то почему не могут разобраться в других государствах?

Скорее всего, причина в том, что многие люди не хотят, чтобы в Европе разобрались с карантином. Когда возникла пандемия, в Европе все испугались: «боже, пандемия!». Но сегодня все радуются пандемии: «ура, пандемия!». Потому что все используют пандемию в своих интересах.

Заканчивая писать книгу по криминологии, в ее заключении я отметил, что старый криминал, который существовал, давно интегрировался во власть, в ту самую демократическую «волю народа». А новый возникший электронный криминал вроде как занял его место. И получается так, что старый криминал исчез, его как бы нет, мало того, для нас это стало нормальным явлением. В свое время я задался вопросом, когда в последний раз какой-то руководитель страны садился на скамью подсудимых за то, что он вытворял в своей деятельности? Когда в последний раз вскрывались какие-то взаимоотношения между разными государствами, которые были сугубо криминальными?  Я вам отвечу – никогда.

Поэтому сегодня мы все заложники этих демократии избранных институтов, которые в большинстве состоят из криминала и некомпетентных людей. И самое удивительное, что во всех известных странах нет ни одной недели, которая не обходилась бы без криминального скандала. И кому-то казалось, что пандемия изменит людей, что была «жизнь до пандемии», а теперь начнется новая жизнь «после пандемии». То есть, кто-то говорил, что люди поймут, что нужно все менять.

На самом деле, человек устроен по-другому: ему намного легче использовать то, что уже существует, нежели что-то менять.

Поэтому мы научились использовать пандемию в своих интересах. И вся разница между нашим криминалом и европейским заключается лишь в одном: в Европе все это делают за государственные деньги, то есть, воруют деньги у государства, а у нас это делается за деньги граждан. Мало того, делается это постоянно. Все люди привыкли, что должен быть карантин и криминал на карантине должен зарабатывать баснословные деньги. Притом, что это тот же самый старый добрый криминал, который как бы вроде не криминал.

То есть, с профессиональной точки зрения, до тех пор, пока мы будем заложниками этих демократических избранных институтов, мы не сможем во все это вносить изменения. До тех пор, пока не появятся законы, которые регулируют их деятельность, это будет продолжаться бесконечно.

Периодически я слышу, как многие люди говорят: «Ну, что вы, доктор Мальцев, этого не может быть!» Я приведу пример, который вас должен развеселить. Когда-то в Украине был президентом Янукович, который сбежал в Россию. Известный факт говорит нам о том, что он трижды был судим за уголовные, умышленные преступления. И это никакое ни мошенничество, это не какие-то экономические статьи. Я допускаю, что любого бизнесмена можно обвинить в чем угодно. Но его статьи связаны с грабежом, разбоем и хулиганством. Замечу, что эти три статьи с реальными отбытыми сроками. Потом он вроде как одумался, стал порядочным человеком, даже стал бизнесменом, потом президентом Украины, за которого проголосовала вся Украина. И сколько людям ни говорили, что он три раза судим за умышленные преступления, они все в один голос твердили, что он хороший. Обратите внимание, что в Америке что-либо подобное невозможно. И мои соотечественники считают большинство американцев людьми недалекими, но американским политикам хватает мозгов — таким, как Трамп, который не меньший преступник, чем Янукович, — не выставлять напоказ всему государству свои темные дела. Остается большой вопрос: так кто все-таки умнее?

Поэтому мы всегда будем оставаться заложниками этого конфликта между профессиональными кадрами и демократическими избранными институтами. Я несколько раз перечитал один абзац в итальянской книге по криминологии 1860 года, и подумал, что то, что было в 1860 году и то, что происходит в 2021 году, невероятно близко между собой, но так ничего и не разрешилось.

Что, на мой взгляд, надо делать? Первое — менять законы. Не просто менять законы, а поменять их так, чтобы они разрешили конфликт между демократическими избранными институтами и фактическими обстоятельствами, в которых мы живем и которые требуют людей-профессионалов. Мой коллега их США как-то сказал, что, слава Богу, появился закон, который позволяет немного больше узнавать о гражданах. У меня всегда возникает вопрос: а зачем «еще немного больше» знать о гражданах? Самое смешное, что все преступники известны! И вся проблема заключается в том, чтобы посадить их на скамью подсудимых и изолировать их от общества. Большинство людей считают, что спецслужбам надо дать как можно больше полномочий, чтобы они как можно лучше боролись с преступностью. А я, наоборот, считаю, что полномочия спецслужб необходимо жестко ограничить и заставить бороться с преступностью. 

Почему так? Позвольте, я объясню. Когда на заводе на конвейере что-то не получается с машиной и какая-то деталь не подходит – ее меняют. Все религии мира на протяжении, как нам рассказывают, 200 лет боролись с грехом. Побороли? Нет. Наши правоохранительные органы борются с преступностью. Побороли? Нет. То есть, когда что-то не работает – это надо менять. Это очень просто.

Нужна другая конфигурация спецслужб. Пока мы не поменяем конфигурации спецслужб, которые сегодня существуют, то толку в борьбе с преступностью не будет никакого.

Давайте объективно посмотрим на вещи. Многие считают, что самая ужасная страна в мире, которая когда-либо существовала – это СССР. Это жуткое, мерзкое, деспотичное, ужасное государство, которого больше нет. Но обратите внимание, это единственная страна в мире, которая победила преступность. В Советском союзе было 92% раскрываемости преступлений. И никто не нарушал права граждан. Если обыкновенный гражданин перестал ходить на работу на завод, не нужно было «еще чуть-чуть знать» об этом гражданином, «еще чуть-чуть увеличить количество законов» для спецслужб, чтобы они «еще чуть-чуть» были в курсе про него.

В свое время я слушал интервью одного из бывших директоров разведки Израиля, и он рассказал, что когда ему журналист задал вопрос, чего ему не хватает, он очень удивился: все ведь в законе написано, когда можно проводит те или иные мероприятия, когда можно прослушивать телефон, то есть, все в законе прописано и выходить за рамки закона нельзя!

Мне знакома эта идея, когда спецслужбы, не умеющие работать, сетуют на то, что у них связаны законом руки, и поэтому они не могут побороть преступность. Обратите внимание, Советский Союз победил преступность только потому, что там отношение к правоохранительным органам было такое, что любой гражданин государства активно сотрудничал с правоохранительными органами, по собственной воле, без принуждения.

Уважение у своего народа правоохранительные органы должны заслужить. Они пришли туда для того, чтобы этот народ защищать. А не для того, чтобы использовать служебное положение для собственного обогащения и обогащения криминальных структур.

Второе, что хотел бы я отметить. Для того, чтобы победить преступность, нужно быть сильнее преступности. Сегодня организованная преступность на порядок организованнее и сильнее любого государства. И все потому, что политики государства крайне заинтересованы в сотрудничестве с этой организованной преступностью. И пока мы не введем уголовную ответственность президента, премьер-министра и т.д. за ту деятельность, которую они осуществляют во время пребывания на занимаемой должности, пока президенты стран и президенты государственных институций не начнут  публично садиться на скамью подсудимых за сотрудничество с криминальными структурами, то толку не будет. Пока правоохранительные органы будут зависимы от государства, никакого толку не будет. Какой смысл говорить о существовании конфигурации спецслужб, когда приходит преступник-президент, ставит преступника премьер-министра и расставляет всех своих людей во все правоохранительные органы? О какой борьбе с преступностью вообще может идти речь? Пока политики европейских государств и США не начнут садиться на скамью подсудимых, толку никакого не будет.

И последнее. Дело в том, что любые изменения должны проводиться быстро и радикально, а не десятки тысяч лет.

Почему организованная преступность сильнее и умнее всех остальных? Потому что она очень быстрая и мобильная. В любой государственной структуре, чтобы что-то сделать, нужно посоветоваться с 50 политиками. Но если это касается организованной преступности, там все их действия происходят за доли секунд. Напомню, что это военная структура. К примеру, если не получилось с одним каналом доставки наркотиков, быстро проанализировали ошибку, нашли другой канал – «и погнали».

Если президент или какой-то политик что-то совершил, как вы думаете, что ему будет? Ничего. Как вы помните, в момент начала пандемии Ангела Меркель первая нарушила Шенгенское соглашение. Что ей за это было? Ничего. Она вводит комендантский час в Германии. Что ей за это будет? Ничего. Я могу перечислять подобные примеры до бесконечности.

Как выдумаете, если у мафии что-то не получится, что будет тем людям, из-за которых это не получилось? Я уверен, что с их точки зрения, абсолютно все понесут достойное наказание. Поэтому, когда речь идет об эффективности, то, безусловно, организованная преступность эффективнее любого государства. У них возмездие наступает мгновенно. А у нас мир поделен на прикасаемых  и неприкасаемых. Прикасаемые — это обыкновенные граждане, которые ни государству, ни преступности ничего не могут противопоставить.

Представьте себе, в Германии я могу кому-то перевести не более 2999 евро на счет. Но сумму в 3000 евро и более не могу. А зачем это сделано? Какая разница, какое количество денег со своего счета я перевожу другому частному лицу? Возможно, причина в том, что правоохранительные органы так борются с отмыванием денег. Возникает вопрос: неужели не известны все офшоры в мире, неизвестно, сколько миллиардов долларов каждый день перечисляется с немецких банков в оффшорные компании от разных контрагентов? Неужели спецслужбам неизвестно, сколько денег каждый день кладутся в швейцарские банки чиновниками из Германии? И на это все смотрят сквозь пальцы. Примерно 6 лет назад было заведено уголовное дело, когда в Германии 30 чиновников привлекли к уголовной ответственности за то, что их суммы на счетах стали превышать какую-то безумную сумму долларов. Сами швейцарские банки сообщили немецкому правительству о том, что их чиновники кладут огромные суммы денег. По итогу посадили 30 человек. Это ничтожно мало. Самое любопытное, что спецслужбы Германии сидели и спокойно на это все смотрели. Конечно, обязательно любого гражданина Евросоюза надо ограничить 2999 евро, чтобы они, не дай Бог, друг другу не перечисли.

Вы когда-нибудь сталкивались с итальянским правосудием? Если нет, скажу, что в Италии никто никуда не спешит. «Шли годы». Как в такой стране может не быть мафии? Там любого мафиози могут судить до того момента, пока он не умрет. И пока он находится на свободе, будет дальше продолжать заниматься тем, чем он занимался.

Когда стоит вопрос о прогнозах на 2021 год, отвечу прямо: ничего не поменяется. Вариант только один, то, что не работает — надо менять. Как менять? Менять нужно так, как было написано в итальянской книге по криминологии в 1860 году. Хотя я думаю, что написано подобных работ достаточное количество, только на них никто не обращает внимание.

Неужели не понятно, что в государстве деятельность правоохранительных органов должна оцениваться не по тому, сколько людей они задушили публично на камеры в год или застрелили людей на глазах изумленной публики, а по эффективности пресечения преступной деятельности, не нарушая права граждан?

Джеффри Даник — консультант, детектив, бывший ведущий офицер ФБР с 28-летней карьерой и значительным опытом работы во всех направлениях программ ФБР, включая программу внедрения. В его обязанности входили должности супервайзера и исполняющего обязанности начальника караула Контртеррористического отдела ФБР.  Джеффри Даник награжден за службу в качестве помощника ответственного агента как в отделе тяжких преступлений, так и в криминальном отделе оперативного штаба ФБР, занимающегося экономическими преступлениями.

— Очень интересно послушать коллег, хочу проиллюстрировать это примерами. Вы не можете положиться в пандемию ни на правительства, ни на компании. Один из самых больших инвестиционных банков, финансовых институций на планете, «Голдмен-Сакс», имел большой скандал со своим криминализированным малазийским отделением MDB, убытки от которого пока оцениваются в 2.9 миллиона долларов. Airbus также начал расследование деятельности внутри компании с момента нашей с Вами предыдущей встречи.

С сентября мир пережил 2 серьезные кибератаки, российская и на «Майкрософт». Злоумышленники получили доступ к правительственным технологическим системам. Крупные кибератаки идут одна за другой – мы такого никогда не видели.

Отмывание денег продолжается по нарастающей. Влияние ИГИЛа растет, террористические группы используют нелегальные предприятия, чтобы зарабатывать деньги на свое существование. Мозамбик, Конго – они используют границы, чтобы прятаться от нас и не дать себя достать.

Криптовалюта дает возможность криминальным картелям прятать свою принадлежность. Причем с нашей последней встречи тема криптовалюты стала больше обсуждаться в США – теми людьми, от которых ты ожидал это в последнюю очередь.

Dr. Prof. Джеймс Финкенауэр — эксперт по организованной преступности, писатель, заслуженный почетный профессор в Университете Рутгерса. Бывший директор Национального института юстиции (Вашингтон, округ Колумбия). Dr. Финкенауэр является экспертом в области проблем торговли людьми, ювенальной юстиции и международного уголовного правосудия. Автор многочисленных книг о русской организованной преступности в США.

— Я очень рад принимать участие в обсуждении, так как всегда узнаю что-то новое для себя на ваших круглых столах. Две недели назад я читал свежий отчет по теневой экономике, и перечисленные в нем темы в точности соответствовали поднимаемым здесь коллегами вопросам.

Я бы хотел остановиться на такой теме, как торговля людьми на почве социоэкономического неравенства. 60% работников в мире задействованы по неформальной экономике. Вас впечатляет эта цифра? Это люди, у которых нету долгосрочной уверенности в своей жизни, они просто выживают изо дня в день. Они не могут больше продавать на улице какие-то мелочи, местное население, которое зависело от туризма, также осталось без средств к существованию. Как им теперь выживать? Только нелегальной экономикой. У государств нет ресурсов, чтобы на этом сконцентрироваться на противодействии ей. Закрыть границу и никого не пускать – это не работает для умудренных групп организованной преступности. Они знают, как делать свое дело в обход.

Источник: https://un-sci.com/ru/2021/04/29/tekushhie-tendenczii-v-kriminalizaczii-doklady-ekspertov/